Михаил Владимирович Иванов. Родился 18 апреля 1958 года. Олимпийский чемпион 1980 года, бронзовый призер Олимпийских игр 1988 года, чемпион мира 1982 года, бронзовый призер чемпионата мира 1986 года, двукратный обладатель Кубка мира (1981, 1983), двукратный чемпион Европы (1983, 1985), чемпион первых Игр Доброй Воли (1986), чемпион Европы среди юниоров (1978). Обладатель Кубка Кубков и Суперкубка 1984 года, трехкратный чемпион СССР (1985-1987), двукратный обладатель Кубка СССР (1986, 1988), двукратный победитель Спартакиады народов СССР в составе сборной Москвы (1979, 1983). На протяжении 10 лет был капитаном московского "Динамо".

Ватерпольная команда "Динамо" (Москва) является одной из самых титулованных динамовских команд. 30 титулов, в том числе три европейских, завоевано нашими ватерполистами за более чем шестидесятилетнюю историю клуба. 7 титулов пришлось на долю легендарного "Динамо" середины 80-х. Какой была лучшая команда Европы 84 года? Об этом коллективе и о своем жизненном пути рассказывает центральный нападающий и многолетний капитан динамовцев Михаил Иванов.

- В команду я пришел в 75 году в 17 лет. В то время у нас стала создаваться молодая команда. Капитаном команды "Динамо" (Москва) я стал где-то в 78 году и, пока я играл, у нас постоянно менялся тренерский состав. Ребята были очень сильные, не случайно в 78 году мы в составе сборной России выиграли в Венгрии чемпионат Европы среди юниоров. Беспрецедентный случай. Потому что выиграть в Венгрии у венгров в то время было вообще невозможно.

- Судейство?

- Судейство, конечно, играло свою роль. Понятно, что судьи всегда симпатизируют хозяевам. Но в Венгрии тогда была очень сильная школа. А двумя годами ранее, в 76 году была монреальская Олимпиада, и наша сборная там провалилась. Сборную стали менять, и практически половина нашей юниорской сборной пришло в первую сборную. Очень повезло, что пришли мы вместе с тренером юниорской сборной Поповым. Параллельно шел процесс обновления в "Динамо". Трое: Мшвениерадзе, Гришин и я стали играть за первую сборную. А кандидатов было порядка 7-8 человек. Наша молодая динамовская команда стала создаваться, но в самом начале нам не повезло. Нашим первым тренером в "Динамо" был Юрий Александрович Шляпин (он потом стал президентом футбольного клуба "Спартак"). Он тренировал нас два года, и команда стала серьезно прогрессировать. Но в этот момент ему поступило предложение перейти в "Спартак", он принял это предложение, и, начиная с этого времени, у нас началась чехарда с тренерским составом. Поочередно тренерами у нас были Борис Дмитриевич Гришин, Блюменталь, Тутушкин - сезон играем с одним, потом приходит другой. А почему получалось так? Мы никак не могли выйти на первые роли, занимали всё время второе место. Я даже не помню сколько раз подряд мы были серебряными призерами. А чемпионское звание выиграть никак не удавалось. Нам, сборникам помогало то, что мы постоянно находились на сборах со сборной, и великий тренер Борис Никитич Попов делал нас в этот момент игроками. Нам повезло, мы играли в сборной, нам было как-то легче, но сборная сборной, а клуб это совсем другое. В клубе были такие же сильные ребята, но для Попова мы чем-то выделялись по уровню игры . Нас он брал в сборную, остальные не попадали. И когда мы соединялись в "Динамо" после долгих сборов в сборной, мы друг друга не понимали. Понимание отсутствовало не в игре, а в жизни. Так получалось потому, что им тренер одно говорил, а мы, приходя, хотели видеть другое. К тому же в клубе происходила постоянная смена тренеров. Каждый тренер относился к разным игрокам очень по-разному. У каждого тренера свой вид на игру, своя психология. Еще и в связи с этим между игроками случались конфликты. А амбиции у всех были будь здоров! Все были кандидатами в сборную. Кстати, хочу отметить, что на 11 мест в сборной СССР претендовало 150 человек. Можете судить о силе чемпионата Советского Союза...

Вот с таким багажом мы подошли к сезону 84 года. У большинства игроков наступала зрелость. В этот момент председателем ЦС "Динамо" был Михаил Иванович Тихомиров. Вопрос с тренером решался очень сложно: были и собрания, он вызывал нас, вызывал ветеранов… В итоге было принято решение назначить тренером Гиви Петровича Чикваная. При всех предыдущих главных тренерах он всегда был вторым. И когда он пришел, у нас поменялся микроклимат в команде, мы почувствовали, что этот человек нас сблизил. Я уж не говорю о его организаторских способностях, а чисто о человеческих. Все ребята определились, причем тренер и мы были единой командой. Вот на этот момент, я считаю, это было самое важное. Нам повезло, что в этот момент было избрано правильное решение, и Гиви Петрович стал нашим тренером. Ему, я считаю, было несложно: игроки уже, по сути, сформировались. Еще хочу упомянуть также Сергея Николаевича Некрасова. Это человек, который всегда был близко к ребятам. Есть вот сейчас в НХЛ люди, которые, специально выезжают смотреть игроков. Вот у него было чутье на этих игроков Когда всё еще организовалось, многие ребята не выдерживали, уходили. И наш динамовский дух немного стал пропадать, но в этот момент появился Дима Апанасенко. Это великий игрок, человек, который выиграл практически все чемпионаты: Мальты, Италии, Франции. Уже в семнадцать лет он был не новичком, а основным игроком. Это был не только в водном поло, но и в большом спорте в то время прецедент: в 17 лет играть в основном составе. Человек в каждой игре забивал по пять-шесть мячей. И вот Некрасов ездил по городам: он нашел Олега Шведова (Царствие ему Небесное, он молодой парень, он погиб трагически), Сергея Ивлева нашел, многих игроков, которые добавились к нам. И в этот момент был Гиви Петрович, который нас объединял. К тому времени мы уже были олимпийскими чемпионами. Но у нас никогда не было такого: "Я олимпийский чемпион…", у нас все были равны. И возраст у нас сглаживался. Была сплоченная команда. А чисто со спортивной точки зрения о той команде? Я был капитаном команды, и мне не надо было никого заставлять, упрашивать работать. Каждый человек занимался своим делом. У нас были игроки: Никифоров, Шабалкин, Соболев... Мы уходили в сборную - они оставались здесь в команде. Команда тренировалась без нас. И приходя, мы возвращались к тем же людям. У нас не возникало разногласий, конфликтов, у нас было взаимопонимание между собой. Я считаю, что, "второй эшелон", как это называют, у нас был очень сильный, и у нас был контакт между собой. Единство. В этот год мы выиграли Кубок Кубков, Суперкубок, потом выиграли три чемпионата, два Кубка. А затем начался распад. Олег Шведов трагически погиб, у Гиви Петровича ситуация с отцом возникла в Кутаиси, ему надо было ехать туда. Он поехал туда и стал потом заниматься командой "Динамо" (Тбилиси). В этот момент у нас опять пошли перемены с тренерским составом, и мы уже были на пределе, мы своё вообщем-то сделали. Хоть и небольшой участок, но три года мы прошли на золотой волне и равных нам не было. Дима Апанасенко уже оставался за ветерана, за могучего. Нам предложили в этот момент первыми из советских спортсменов поехать по контрактам за границу. Я поехал в Хорватию, Георгий Мшвениерадзе поехал в Италию.

- Это в каком году было?

- Это был 88 год. У нас были проблемы, мы же все были офицерами. Но за заслуги нам разрешили уехать. "Динамо" не было против Пришел тренер, у которого другое видение было на игру. Он не стал возражать против нашего отъезда. Первым поехал я. В клуб "Сплит". Когда я приехал, там были отличные ребята югославы, с которыми я всю жизнь играл.

- Как Вас встретили в команде?

- Когда приехал, радушие меня поразило. Я попал в тот момент, когда деления на Югославию и Хорватию еще не было. Всё это только начиналось. Там все ребята играли за югославскую сборную. Мы и дрались с ними раньше (у нас же и драки происходят). Я приехал сперва без жены, и мне было тяжело. Я жил в гостинице. И каждый вечер ко мне приезжали ребята, забирали меня к себе домой. Когда мы играли выставочные игры на побережье, меня пытались обидеть, задеть как-то. Обидеть меня невозможно, я всегда отвечал, и когда это происходило, вся команда вставала за меня и мы начинали все драться :)) Там был Безмалинович, он был капитаном сборной Югославии и капитаном "Сплита". Он и его товарищи взяли меня под опеку.

- А зрители? Какова была их реакция?

- В первой игре был аншлаг уже за 15 минут до матча. Когда меня объявили, ревели трубы, болельщики по всему стадиону махали флагами. Я забил четыре гола тогда. Всего я отыграл четыре игры. Хорошо начиналось так… Последнюю игру в "Динамо" я играл на Кубок Кубков в Италии. Мы проиграли. Меня забирали не из Москвы, а прямо из Италии. За мной прилетел тренер. В аэропорту меня уже встречали болельщики. Сплит - город маленький, куда бы я не заходил: в бар, в кафе какое-нибудь - везде узнавали. Когда я расплачивался, с меня нигде не брали деньги. Если я шел где-то по дороге, машина могла остановиться: "Куда подвезти?" Я без жены был, без детей. Это потом они приехали, но со мной случилась беда. Я получил тяжелейшую травму. Мне должны были сделать сложнейшую операцию. У нас в Москве есть профессор Коновалов, уникальный специалист. А его друг известный профессор Радо Репец жил в Сплите. Только они двое в мире тогда могли сделать эту операцию. Тогда в Москве не было препарата, который мог бы меня спасти. Поэтому операцию мне сделали в Сплите. Когда операция закончилась, мне предложили провести реабилитацию там и потом продолжить карьеру. Но югославский профессор мне сказал: "50/50, выбирай. Может, всё будет нормально. А может быть, в игре так ударят, что последствия будут непредсказуемы". Я принял решение. Мне уже было 30 лет, и я решил закончить это дело. Была сложная ситуация, и когда я приехал в Москву, мне было психологически тяжело это перенести. Приехав сюда, я был в депрессии. Меня в аэропорту Дима встречал... Хорошо, меня сразу же поддержали друзья. Но ностальгия мучала, ведь это была моя работа, мой образ жизни. Мне легче было три раза в день тренироваться. И возникло следующее положение: что делать дальше? А делать дальше что я мог? Я закончил Институт физкультуры. Меня начало всё это угнетать, и я пришел к тому, что надо потушить это состояние алкоголем. И на протяжении полугода я пытался свое тяжелое состояние облегчить. Друзей у меня много, все жалели. И в этой ситуации жена спасла, и опять же друзья. Я вернулся в то время, когда в спортшколе свободных мест не было. Леонид Михайлович Романов, узнав мою беду, нашел мне должность в ЦС "Динамо", меня сильно поддержали Александр Егорович Польщиков (сейчас главный детский тренер динамовской школы) и мой друг Володя Татаринов. Он отдал мне половину своих "детских" часов, и я вот так отвлекся от этого алкоголя.

- Кого Вы растили тогда? Кто сейчас известен?

- Я тренировал 78 год. Мой сын играл (он стал обладателем Кубка Кубков 2000 года). Он играл в той команде, Колесников и Пасько. Вот такие три парня были. Дима Пасько - молодец, закончил школу, выбрал себе дорогу. Он сейчас оперативник по особо важным делам. Михаил продолжает сейчас играть на любительском уровне. Я не вмешиваюсь. Я вмешивался в его жизнь, когда он был молодым, а сейчас он уже взрослый человек, я не могу им руководить. Я никогда от него не требовал, чтобы он стал таким же, как я. Он сделал большое дело. Выиграл Кубок Кубков, стал мастером спорта международного класса, повторил мое же достижение. Он женился у меня, стал взрослым человеком. У меня с ним был серьезный разговор, я сказал ему, что надо продолжать играть. Но он мне логически и здраво объяснил: "Быть таким же великим как ты, я не смогу. Я могу еще в клубе поиграть лет пять-шесть, но время пройдет, мне будет тридцать, и придется всё начинать с нуля". Я его понимаю, время сейчас действительно другое. Он у меня закончил фармацевтическое дело, и если он изберет для себя другую специальность отличную от водного поло, я не буду против.

- Чем Вы сейчас занимаетесь?

Недавно мы с моим другом и одноклубником Алексеем Соболевым открыли кафе "Водное поло". Оно расположено недалеко от здания Московского Городского Совета "Динамо" в Петровском парке. Сюда приходят наши друзья, бывшие спортсмены, причем независимо от клуба, за который они выступали. Динамовцы, спартаковцы, армейцы - мы были соперниками в спорте, но в жизни как были друзьями, так и остались. На стенах кафе у нас много фотографий. В будущем планируется создать галерею. А сейчас все мои мысли занимает тренерская работа. В этом году я буду работать с нашими юношами, и это для меня сейчас самое главное направление. В "Динамо" я с 14 лет, а до этого рос в Кузьминках, в очень непростом районе. Видел, как молодежь губила себя, молодые ребята спивались, садились в тюрьму. Неизвестно, что ждало бы меня, если бы не спорт и московское "Динамо". Сейчас, когда определенный жизненный этап уже пройден, мне хочется посвятить себя водному поло и воспитанию молодых спортсменов, и - самое главное - достойных людей. И я хочу принести пользу родной команде. Команде, с которой связана вся моя жизнь. Уверен, что смогу это сделать.

----------------------------------------------------------

На второй фотографии сверху: Михаил Иванов с Борисом Дмитриевичем Гришиным, главным тренером московского "Динамо". На третьей фотографии сверху: "Динамо" образца 1984 года (в центре с мячом Михаил Иванов, крайний справа Алексей Соболев). На второй фотографии снизу: отец и сын - два обладателя Кубка Кубков. На нижней фотографии: Михаил Иванов (справа) и Дмитрий Апанасенко около кафе "Водное поло".